Калифорния стала политической лабораторией, решившей провести рискованный эксперимент: изъять пять процентов состояния у миллиардеров во имя справедливости – и проверить, что быстрее: закон или бегство капитала. Это история о неординарных намерениях и жесткой арифметике, о прогрессивной риторике и неожиданно средневековых механизмах принуждения, о том, как налог, задуманный для двухсот человек, меняет поведение целых отраслей и географию американского богатства. Давайте разберем идею, которая обещала сто миллиардов дохода, но запустила экзодус, вскрыв старый вопрос: можно ли перераспределять богатство в мире, где чемоданы собираются быстрее, чем принимаются законы.
Манифест справедливости, или Цена пяти процентов
В демократическом сердце Америки, где вечное солнце освещает одновременно Голливуд и Кремниевую долину, родилась идея, которая взбудоражила всю страну. Законодательная инициатива Billionaire Tax Act of 2026 –Акт о налоге на миллиардеров – появилась не как бюрократическая поправка, а как манифест, брошенный в лицо самым состоятельным людям США.
Суть предложения: если ваше личное состояние превышает один миллиард долларов, отдайте штату пять процентов от суммы сверх этого порога. Авторы инициативы подсчитали, что подобная мера затронет лишь около двухсот человек – ничтожно малое число в сорокамиллионном штате. Зато их совокупное богатство столь внушительно, что даже скромные пять процентов обещают принести казне порядка ста миллиардов долларов.
Здесь, однако, арифметика начинает расходиться с реальностью. Руководитель одного из местных стартапов разместил в социальной сети пост, мгновенно ставший вирусным: “Ларри и Сергей не могут оставаться в Калифорнии, поскольку налог на богатство в его нынешнем виде изымет 50% их долей в компании Alphabet. Но 5% от 1,2 триллиона долларов – это по 60 млрд для каждого. Фактически речь идёт о половине их реальных пакетов акций, которые будут стёрты 5-процентным налогом”. Пять процентов в заголовке – и пятьдесят в реальности. Магия прогрессивной математики, которую не стоит проверять калькулятором.
Вадим Малев в своём Telegram-канале отметил: “Вот так новость, сладкая парочка миллиардеров Брин и Цукерберг скоропостижно бегут из Калифорнии, которую демократы США довели до цугундера… Ирония в том, что именно эти двое годами поддерживали демократов, финансировали их кампании и продвигали “прогрессивную” повестку. Теперь та же политика – высокие налоги, социальные эксперименты, бесконечное регулирование – бьёт по их собственным кошелькам. Бумеранг работает безотказно”.
Деньги планировали направить в систему здравоохранения – залатать прорехи в больницах, расширить доступ к медицинской помощи для тех, кто в нынешней Калифорнии вынужден выбирать между лечением и едой. Это был поистине великолепный план. Двести человек заплатят за всех остальных – и воцарится справедливость. Единственная деталь, которую авторы изначально предпочли не обдумывать слишком долго: а что, если эти двести человек просто не захотят участвовать в столь элегантной схеме? Когда этот вопрос всё же встал, ответ оказался прост: сделать так, чтобы у них не было выбора.
Лаборатория прогресса: что уже успели улучшить
Прежде чем оценивать новый налоговый эксперимент, стоит осмотреться и понять, в каком именно состоянии находится лаборатория, в которой он задуман. Калифорния – пятая экономика мира, штат, породивший Google, Apple, Netflix и Tesla. Пятая! Не штат, не регион – полноценная держава по масштабу ВВП. Казалось бы, благодатная почва для смелых социальных экспериментов. И эксперименты, надо отдать должное их авторам, не заставили себя ждать.
Возьмём кризис бездомности. Штат потратил миллиарды на программу “Housing First”, основанную на прогрессивном принципе: сначала дай человеку крышу над головой, а потом разбирайся с наркозависимостью и психическими расстройствами. Принудительное лечение было признано негуманным и фактически запрещено. Результат превзошёл все ожидания: улицы Сан-Франциско и Лос-Анджелеса превратились в палаточные лагеря, ставшие международной достопримечательностью совершенно особого рода. Миллиарды потрачены, бездомных стало больше. Прогресс – он такой. С ароматом дерьма на улицах Калифорнии.
Параллельно работала реформа уголовного права. Закон Proposition 47 переквалифицировал кражи на сумму менее 950 долларов из тяжких преступлений в мелкие проступки, которые полиция зачастую не расследует, а прокуроры не преследуют. Торговые сети отреагировали на новый гуманизм единственным доступным им способом – начали закрывать магазины в крупных городах. Воры, в свою очередь, оценили реформу по достоинству и принялись за дело с удвоенным энтузиазмом. Smash-and-grab – молниеносные налёты на магазины – стали визитной карточкой калифорнийской розничной торговли новой эпохи.
Жильё в Калифорнии превратилось в предмет роскоши, доступный всё меньшему числу жителей. Строгие экологические нормы и жёсткий контроль над арендой с самыми добрыми намерениями заблокировали строительство нового жилья. Средний класс, не дождавшись справедливости, проголосовал ногами – в сторону Техаса и Невады. Штат, провозгласивший жильё правом каждого человека, сделал его недоступным практически для всех, кроме богатых.
Энергетическая политика явила миру не менее захватывающий эксперимент. Агрессивный переход на возобновляемые источники обеспечил штату самые высокие цены на электроэнергию в стране и регулярные веерные отключения в разгар летней жары. При этом Калифорния торжественно объявила, что к 2035 году запретит продажу новых бензиновых автомобилей – невзирая на то, что существующая электросеть едва справляется с нынешними нагрузками.
Отдельной строкой в летопись прогресса вошёл высокоскоростной поезд Сан-Франциско – Лос-Анджелес. Проект, начатый с бюджетом в 33 миллиарда долларов, разросся до 128 миллиардов и продолжает дорожать, не произведя при этом ни одной мили коммерческого пути. Это, пожалуй, самый дорогостоящий в американской истории способ не доехать из одного города в другой.
Наконец, налоговая система Калифорнии уже сегодня является самой обременительной в США – подоходный налог для богатых достигает 13,3%. Это создаёт конструкцию редкой хрупкости: бюджет штата критически зависит от налогов одного процента населения. Когда этот один процент начинает собирать чемоданы – а он именно этим и занимается, – в бюджете немедленно образуются дыры, которые предлагается залатать новыми налогами на тех, кто ещё остался. Логика змеи, поедающей собственный хвост, выраженная в бюджетных цифрах.
Ловушка с точкой невозврата
Архитекторы налога прекрасно понимали: стоит только объявить о намерении – и миллиардеры снимутся с места быстрее, чем высохнут чернила на документах. Поэтому в текст инициативы была вшита норма, которую её авторы, вероятно, считали юридическим шедевром, а её противники – беспрецедентной дерзостью.
Ключевая дата – 1 января 2026 года – была объявлена точкой невозврата. Если вы были налоговым резидентом Калифорнии в этот день, вы остаётесь в прицеле налоговых органов вне зависимости от того, куда вы переедете впоследствии.
Переселитесь во Флориду в марте? Обоснуетесь в Техасе в июне? Это не имеет значения – закон настигнет вас задним числом, словно рука, протянутая из прошлого.
Анатомия состояния: как считают деньги богатых
Оценка состояния будет производиться по состоянию на 31 декабря 2026 года и охватывать все активы налогоплательщика и его супруга по всему миру – не только калифорнийское имущество, но и счета на Каймановых островах, и заводы в Азии, и яхты в Средиземноморье. Штат с бюджетным дефицитом, не способный починить дороги в Сан-Франциско, с невозмутимой уверенностью простирает свою юрисдикцию на весь земной шар.
Тем, кого всё же настигнет налог, предлагается выбор: заплатить единовременно при подаче декларации в 2027 году или растянуть выплату на пять лет с начислением около семи с половиной процентов годовых на остаток.
Экзодус: великий исход из страны необетованной
История Калифорнии знала золотые лихорадки, когда люди стекались в штат в поисках богатства. Конец 2025 года ознаменовался явлением обратного свойства. Журналист Майк Солана, побеседовавший с двадцатью одним миллиардером, назвал происходящее древнегреческим словом “экзодус” – массовый исход. По его данным, двадцать из двадцати одного опрошенного разрабатывали план побега: покупали недвижимость за пределами Калифорнии, привлекали налоговых юристов, поручали менеджерам искать площадки для расширения бизнеса в других штатах. Один из двадцати одного счёл возможным остаться. Статистика для законодателей, рассчитывавших на сознательность деловой элиты, исчерпывающая.
Совокупное состояние этих двадцати одного человека составляло 1,3 триллиона долларов. Они обеспечивали более пятидесяти тысяч рабочих мест. Это значительная часть экономического фундамента штата, и она начала медленно смещаться в сторону Флориды и Техаса. Невидимая рука рынка, против которой прогрессивная мысль воевала десятилетиями, нанесла ответный удар – и как всегда молча, без деклараций и манифестов, просто переставив фигуры на доске.
Ларри Пейдж официально уведомил о переносе части своих активов и бизнес-структур в Делавэр, Техас и Флориду. Его партнёр Сергей Брин предпринимал аналогичные шаги. Компания, рождённая в калифорнийском гараже, расползалась в стороны – и причиной тесноты был не рост бизнеса, а рост налоговых амбиций законодателей. Питер Тиль открыл офисы в Майами и постепенно разрывает деловые связи с Калифорнией. Ларри Эллисон предпринимает юридические шаги для окончательного разрыва налоговых связей со штатом.
Марк Цукерберг вместе с супругой приобрёл элитную недвижимость в Майами и всерьёз рассматривает полную смену резидентства.
История знает этот сюжет наизусть: богатые уходят, бедные остаются, государство обнаруживает, что взять больше не с кого – и выдвигает новую инициативу против тех, кто ещё не успел уехать.
Ноябрь 2026 года даст ответ – хотя история уже давала его не раз. Капитал не читает манифестов: он просто переезжает. Двадцать из двадцати одного уже проголосовали – молча, без деклараций, со скоростью нажатия клавиши.
АВТОР: Олег ЮНАКОВ