Из-за границы обычно попадают в американский суд через не хочу; как правило, силком. Бывают исключения, но они редко касаются русскоязычных, которые не склонны являться с повинной, а бегают до конца, что не всегда умно. На днях в Детройте услышал поразительно детский приговор русский кибермошенник Илья Ангелов, заработавший миллионы долларов на американцах, а потом добровольно явившийся к ним из Англии на суд. Пойди пойми. Мы сделаем это вместе, а сперва расскажу о первой явке с повинной из-за кордона, с которой я столкнулся.
Речь идет об уроженце Бердичева Натане Гозмане, которого я про себя прозвал “Улыбчивым убийцей”, потому что он постоянно улыбался, повествуя у меня на глазах в бруклинском криминальном суде о несусветных проделках “Бригады Татарина”. Так называлась банда, свирепствовавшая во второй половине 90-х в Бруклине и других угодьях русской мафии. Гозман был одним из самых молодых ее членов, периферийным, но вполне продуктивным. В частности, после ареста он признался в двух убийствах, первое из которых совершил в 15-летнем возрасте.
Гозман, настоящая кличка которого была “Шмонька”, родился в 1978 году и перебрался с семьей в Америку в девятилетнем возрасте. В 2007 году он давал в Бруклине показания на процессе убийц Виталия Иваницкого и Марата Кривого, раньше женатого на дочери Бориса Найфельда по кличке Биба, одного из столпов русской мафии в США (журналист Дуглас Сенчури, выпустивший в 2022 году его биографию, очевидно, считает Бибу не “одним из ее столпов”, а главным, поскольку назвал ее “The Last Boss of Brighton”. На мой взгляд, это лучшая книга данного жанра).
В 2007 году Гозман улыбался в суде столь часто, что его попросили объяснить эту редкую особенность. “Когда я был маленький, – сказал он с улыбкой по-русски (хотя прожил много лет в Америке), – я постоянно улыбался, смеялся, и у меня сейчас такое выражение лица”.
Адвоката Кривого заинтересовал генезис клички свидетеля. “Что такое Schmunka?” – спросил он на перекрестном допросе. “Я не имею понятия, – пожал плечами Гозман. – Просто дали такое погоняло ради прикола”.
На этом процессе, закончившемся осуждением Иваницкого и Кривого, председательствовал бруклинский судья Альберт Томеи, дядя знаменитой актрисы Марисы Томеи, получившей “Оскара” за кинокомедию “Мой кузен Винни” (1992).
Среди прочего, Гозман изложил историю своих странствий по миру после того, как он от греха подальше бежал из Америки.
В 2000 году он услышал, что ФБР откопало в Нью-Джерси труп исчезнувшего в 1995 году известного боксера Сергея Кобозева, за убийство которого впоследствии были осуждены члены бригады красавец Александр Носов, двоюродный брат Иваницкого, на чьем процессе давал показания Гозман, и носовский подельник Василий Ермихин по кличке “Блондин” (хотя мне он так себя никогда не называл. В последние годы Ермихин, который, как и Носов, вину отрицает и отбывает пожизненный срок, ходатайствует о переводе в российскую тюрьму, но пока безуспешно).
Гозман знал, что в причастности к смерти боксера подозревают и его, и дал деру, благо давно владел, – в отличие от исправного английского языка, – американским паспортом. Сначала он бежал в Мексику, а потом вернулся через Кубу и Россию в родную Украину, где обзавелся подложным паспортом на имя Игоря Михайловича Ваксмана (девичья фамилия матери). На родине его через три года арестовали. “Выспрашивали, с кем я тусовался, и сказали, что меня могли бы отправить в Америку, но нет закона о выдаче”, – вспоминал он в бруклинском суде.
“Лучше всего для всех будет, если я поеду в Америку и сдамся”, – решил рано полысевший Гозман. Сказано-сделано: в 2004 году он явился с повинной в посольство США в Киеве, которое не могло просто вывезти его за кордон и позвонило в местную полицию.
Гозмана скоро обвинили на родине в пользовании фальшивым паспортом. В конечном итоге его приговорили к полутора годам, но уже в конце февраля 2005 года депортировали в Польшу. В варшавском аэропорту его ожидала группа встречи во главе с миниатюрным следователем ФБР Марио Пизано и представителем нью-йоркской полиции детективом Геннадием Ладыженским.
Гозману теоретически грозили несколько пожизненных сроков, но благодарная прокуратура потребовала дать ему всего 10 лет и впоследствии об этом не пожалела. Гозман вышел уже в 2013-м году.
Десять лет спустя в Америку добровольно явился из Англии россиянин Ангелов, прописанный в Тольятти и являвшийся с 2017 по 2021 год одним из двух бизнес-менеджеров шайки киберпреступников, которая получила в ФБР прозвище Mario Kart. Среди частных кибердетективов она была известна, если кому интересно, как TA-551, Shathak, GOLD CABIN, Monster Libra, ATK236 и GO127.
В двух словах, в базарный день шайка рассылала иногда до 700 тысяч имейлов с заразным спамом, инфицируя за день до 3 тысяч компьютеров. Она зарабатывала миллионы долларов не этим, а продажей кибервымогателям доступа к зараженным компьютерам, посредством которых те блокировали чужие компы и требовали выкуп за возвращение их в строй. Многие платили, а куда деваться?
Сколько всего денег загребла таким образом шайка, ФБР, по его словам, не имеет понятия. Оно знает, однако, что принесло ей плодотворное сотрудничество с командой вымогателей, известной как “Битпеймер”. Шайка Ангелова работала с нею с августа 2018 по декабрь 2019 года, когда эту команду разгромили федералы, привлекшие к суду ряд ее членов. По данным ФБР, в общей сложности от “Битпеймера” пострадали 72 компьтерных сети. В тот период, когда с этой командой вымогателей активно сотрудничал Ангелов, его шайка заработала 14.170.909 долларов и 28 центов. По выкладкам детройтской федеральной прокуратуры, из этой суммы Ангелову причиталось в районе 1,6 млн. долларов, которые суд по ее требованию на днях приказал с него слупить.
ФБР известно также, что один миллион долларов заплатила его шайке группа вымогателей, известная как IcedID. Дело было в конце 2019 или в начале 2020 года, когда ICE еще не имела у демократов репутации гестапо, поэтому я не уверен, что название группы связано с этим ведомством, хотя you never know.
Хотя Ангелов явился с повинной еще в 2023 году, приговорили его лишь в этом. Непосвященный читатель может предположить, что он болел затяжным ковидом или, не дай Бог, недугом, который русские загадочно называют “онкологией”. Я примерно догадывался, что он делал все это время, но беда в том, что так называемая “приговорная справка” его защитника Федора Козлова оказалась засекречена, что бывает, но крайне редко.
Ларчик открыло другое, незасекреченное ходатайство Козлова и другого адвоката, россиянина, моего старого знакомца Аркадия Буха, в котором они отметили, что “засекреченная приговорная справка предает гласности информацию, которая в случае разглашения реально может навлечь на (Ангелова) или других лиц возмездие или какой-то урон”. То есть Ангелов явно сотрудничал со следствием, за что честь ему и хвала.
Он признался в преступном сговоре совершить мошенничество, за который ему теоретически полагалось 10 лет тюрьмы. Прокуратура, чья приговорная справка не была засекречена, просила судью упечь Ангелова на 61 месяц, то есть чуть больше пяти лет, а также содрать с него штраф в 100 тысяч и компенсацию в сумме 1,6 млн.
При этом она доказывала, что осужденный принял решение явиться с повинной не из чисто альтруистических соображений, но и по другим мотивам. Мотивов, по ее мнению, было как минимум три. Во-первых, по словам самого Ангелова, он был потрясен русским вторжением в Украину. Во-вторых, в последнее время он жил в Британии, у которой, между прочим, имеется договор с США об экстрадиции, так что за ним в любой момент могли прийти.
В-третьих, он бросился в США сразу после экстрадиции сюда из Европы своего сообщника Виталия Александровича Балинта, который работал в их шайке программистом и был приговорен в октябре прошлого года тем же детройтским судом к 20 месяцам лишения свободы. Ангелов знал, что Балинту известны его личные данные, и тот мог его выдать.
Тем не менее, судья приговорила Ангелова всего к 2 годам тюрьмы и к вышеуказанным выплатам. Как обычно, явка с повинной пошла впрок.
АВТОР: Владимир Козловский