Среди коренных жителей Бухары прошлого века ходило немало легенд о членах семьи Мулло Ниёза, называемых “бухарскими Ротшильдами”. Поэты того времени слагали песни и стихи в их честь. Братья Мулло Ниёз были вхожи во дворец эмира Бухарского, а их деятельность была тесно связана с жизнью общины. Сведения об этой семье встречаются в книгах путешественников того времени. Историк Нисим Тажер в книге по истории бухарских евреев изданной в Израиле в 1970г. утверждал, что в 19 веке семья Мулло Ниёза являлась самой богатой и самой авторитетной в Бухаре.
Английский миссионер Джозеф Вольф, посетивший Бухару в 1832 году, отмечал, что в то время в её окрестностях проживало 2,700 еврейских семей или 13,600 евреев (2,000 семей в Бухаре, 300 семей в Самарканде, 300 семей в Шахрисабзе, 100 семей в Балхе, 105 человек в Коканде). В это число не входят 300 семей насильственно обращённых в ислам. Общая сумма годового налога, уплаченного евреями Бухары эмиру Насрулле Бахадур-хану, составляла 300 долларов.
По словам самих евреев Бухары, называющих себя Бане Исроэль, они являются потомками вавилонских евреев, расселившихся в разных частях Персии, особенно в городе Сабзавар, находящегося в двух днях пути от Мешхеда. Задолго до эпохи Чингисхана и в его время евреи Сабзавара были переселены в Балх и Самарканд. Когда же Самарканд был разрушен при Баби-Мехмет-хане, победителе шаха Аббаса (1598), огромное количество евреев убежало в Бухару, где уже проживала большая община потомков вавилонских евреев. Однако многие из потомков вавилонских евреев переехали из Бухары в Китай, взяв с собой рукописи своей родословной. В последующем связь с ними прервалась.
Основоположником династии является богатый купец, потомственный президент еврейской общины Бухары – Симхо Мулло Ниёз, сын Йосефа Хасида. Он жил во второй половине 18–первой половине 19 вв. Родовое прозвище Мулло Ниёз означает–духовное лицо (в переводе с бухори “ниёз” – молитва). Путешественник Вольф, посетивший Бухару второй раз в
1844 г, упоминает, что эмир Бухарский Насрулла Баходур-хан (годы правления 1826-1860) часто посещает дом раввина Симхо в дни праздника Сукот, наблюдает за весельем гостей и угощается еврейской едой.
Род Мулло Ниёза тесно связан с сефардским раввином Йосефом Мамоном Маарави (1741-1822, 23 кислев), прибывшим в Бухару в 1793г. для сбора пожертвований в пользу иешив города Цфат. Уроженец Тетуана (Марокко), он был тепло встречен и поддержан президентом (калонтаром) общины Йосефом Хасидом и по просьбе общины решил остаться в Бухаре. По сведениям литератора Азарьё Юсупова, в Шахрисабзе он женился второй раз на молоденькой девушке – Хане, дочери местного богача Малака Моше. От этого брака у него родились четверо детей: Сара (1794-1866), Авраам “Каводох” (1795-1855), Ицхак-Манахем (1797-1874) и Мириам (1806-1874). За глубокие знания иудаизма, большие ораторские и организаторские способности Йосеф Мамон снискал большой авторитет и был назначен главным раввином общины. В то время бухарские евреи следовали персидской литургии, молясь по сидуру Саадии Гаона. Рав Йосеф изменил литургию бухарских евреев с персидской на сефардскую, открыл еврейскую академию (иешиву), заказал сефардские молитвенники из Европы.
В 1800г. в еврейском квартале Бухары при помощи рава Йосефа Мамона и его ученика Исхака Замбура (1776-1842) была построена синагога (возле зелёного базара). Дальнейшая история её такова. С разрешения эмира в 1862г. она была отремонтирована Яковбоем. В 1938г. была реквизирована государством и переоборудована под текстильную фабрику. С 1952г. была заселена жильцами и только в 1992г. здание было возвращено общине для реорганизации синагоги. Об этом свидетельствует надпись на её стене.
ПИНХАС МУЛЛО НИЁЗ
Симхо Мулло Ниёз имел двоих сыновей – Пинхаса и Йосеф-Хаима. По данным историка Н. Тажера, Пинхас Мулло Ниёз родился в 1805г. и скончался в 1875г. Однако, на восстановленном могильном памятнике в Бухаре указана немного иная дата 1803-1876, 12 ияр. Пинхас Мулло Ниёз учился в иешиве Йосефа Мамона у учителя Пинхаса Коэна (1786-1858), самого одарённого ученика Йосефа Мамона. В последующем Пинхас Коэн стал главным раввином Бухары и получил прозвище Гадоль (старший), а рав Пинхас Мулло Ниёз получил прозвище Катан (младший). Современник рава Пинхаса Катана, Джозеф Вольф, характеризует его, как самого образованного и чрезвычайно талантливого еврея Бухары.
Пойдя по стопам своего отца и деда, Пинхас Мулло Ниёз был избран президентом (калонтаром) евреев Бухарского эмирата. Калонтар исполнял обязанности пожизненно, хотя мог быть смещён властями или теоретически по требованию значительной части электората.
Профессор Давид Очильдиев пишет следующее об обязанностях калонтара: “Во главе общины стоял староста-калонтар, избиравшийся общиной (фактически наиболее зажиточными её членами) из числа наиболее уважаемых людей. Результаты выборов подлежали обязательному утверждению кушбеги, второго лица в государстве, а затем и самого эмира. Являясь светским главой общины, он обладал административной и судебной властью. В круг его компетенции входило решение общинных дел: коммерческие, семейные, мелкие, уголовные и другие споры, часто возникавшие среди евреев и тому подобное… Одновременно только калонтар мог представлять иудейских подданных эмира перед официальными властями эмирата и нести персональную ответственность за своевременную уплату ими подушного налога “джизья” и других дополнительных пошлин и поборов”.
В 1870г. Пинхас Мулло Ниёз совершил паломничество в Иерусалим, помолился у могил праведников. Во время поездки, на палубе корабля он познакомился с раввином Ильяу-Мани, поведавшим ему о бедняках Хеврона. Проникшись сожалением, раввин Пинхас пожертвовал крупную сумму для раввинов и бедняков Хеврона. Этот случай раввин Ильяу-Мани впоследствии описал в своей книге “Сиах Ицхак”.
В памяти раввина Бухары Гавриэля Мататова сохранилось предание о том, что пророк Ильяу Ханави трижды разговаривал с раввином Пинхасом Мулло Ниёзом. Один раз при свидетелях и два раза наедине. О случаях появления в Бухаре пророка Ильяу Ханави, который открывался её раввинам в ночь на воскресенье для совместного изучения Торы ещё до прибытия Йосефа Мамона, также описывается историком Н. Тажером.
За большие общественные заслуги, чистоту помыслов, глубокую религиозность Пинхас Мулло Ниёз после своей смерти был воспет неизвестным поэтом Бухары, посвятившим ему стихотворение “Sifoti mulo Pinhosi Qoton” – “О качествах раввина Пинхаса Катана”:
Mulo Niyoz budan hokimi Buxoro,
Ki mardi ‘oqilu fozilu dono.
Ki rüzu shav bato’ati Xudo budan
Xalq ham az mulo Niyoz rizo budan.
Mulo Niyoz budan dar Buxoro
Zi bahr kardan Mishnoyu Gmoro.
Mulo Niyoz raftan az Buxoro
Yatim kardan Mishnoyu Gmoro.
Ba Talmud xondan budan ‘oqil
Ba ‘aqlu donishu ham budan komil.
Mulo Niyoz sadiqi zamona,
Biraftan az hayoti jovidona.
Ki mardumon girevon choq kardan
Zi bedodi chu bar sar xoq kardan.
Nabud monandi shon mardi muloyim,
Rizo ba haqi xud budan doyim.
Mulo Niyoz ba nomi nek raftan,
Miyoni janatu büston raftan.
Mulo Niyoz nuri didayi moyon budan,
Mulo Niyoz ham toji sari moyon budan.
Mulo Niyozba agar sifot bigüyem,
Ba ovi dida rüyi xudro bishüyem.
Mulo Niyoz mardi mü’tabar budan,
Zi har farmoni Türo boxavar budan.
Mulo Niyoz jamo’atro girdashon safbar mekashidan,
Zi shon pandu nasihatho meshunidan.
Mulo Niyoz bo avozi nekü mexondan tafilo,
Vale bo sinayi sof ba kavono.
Mulo Niyoz budan banom ozoda Pinhos,
Vale xondan ba Türo budan chun almos.
Продолжение следует
АВТОР: Имануэль Рыбаков
