Бася Малаева / Вена, Австрия
ШАЙДО ҚИЛДИЛО
ИЛЁС МАЛЛАЕВ
/Алишер Навоий ғазалига мухаммас/
Ҳар қачон ким таърифи ул сарви боло қилдило,
Шул замон ёр ишқини кўнглумга пайдо қилдило,
Ногаҳон жон бирла кўнгул тарки дунё қилдило,
Кўнглум олғач ул пари Мажнуну шайдо қилдило,
Ақлу ҳушимни Жунун даштида яғмо қилдило.
Лаблари ёқут, юзи гул, тишлари дуру гўҳар,
Ишқ боғи ичра биткан гулни ҳарёндин букар,
Билмадим, қайдин бўлиб пайдо анға бундоқ ҳунар,
Ўзгача зулму тааддилар билан қоним тўкар,
Турфа эрди, турфа ичра доғ пайдо қилдило.
Дилдаги пинҳон муҳаббатни тамом ифшоланиб,
Сочдилар ҳарён садои дод ила бедодланиб,
Аҳли тақволар йиғилғон давраси ғавғоланиб,
Ҳурмати тақво тутар эрди, вале маст отланиб,
Бошима сочмоқ билан оламға расво қилдило.
Ошкоро бўлмасун ишқим дебон қилдим қарор,
Кетмасун деб ихтиёрим, аҳд қилдим неча бор,
Ихтиёр кетди қўлимдин, чун кўринди кўзга ёр,
Оҳ ким чекдим кўриб жавлонини беихтиёр,
Ёширин ишқим улусқа ошкоро қилдило.
Васлининг оби ҳаёти мен киби лаб ташнаға,
Кўп керак эрди жафокорлар йиғилғон давраға,
„Сув“, дебон май бердилар, номим чиқиб шармандаға,
Дайр аро жоми лабо-лаб ким ичирди май манға?!
Хонақо аҳли чиқиб бир-бир тамошо қилдило.
Чун сирим ифшо қилурлар, айлабон жонимға қасд,
Маҳрами асрор тополмай, майни этдим зеби даст,
Сен-сену эмди мени туфроқ, қадар этгувчи паст,
Мен-мену эмди фано дайрида бўлмоқ майпараст,
Муғбача ишқи улусқа сирим ифшо қилдило.
Бўйниға дил гавҳаридин дуру маржонлар териб,
Дам-бадам кўз ташладим Мажнунсифат ҳарён юриб,
Не бало, ўздин кетибмен, зулфи зуннорин кўриб,
Бехуд ўлғоч зулфи зуннорига жон нақдин бериб,
Ишқ бозорида кўнглум турфа савдо қилдило.
Хирқаи дарвеш танимда, кўнглума юз минг алам,
Тарки май этмоқ юракда бор эди бисёру кам,
Ибриқу жом кўлда сармаст келди ул зебосанам,
Бир қадаҳ қуймоқ ила оғзимғаю хирқамға ҳам,
Хирқа майга рахн, ўзумни бодапаймо қилдило.
Айламак келса агар Илёс, сени сарпеч айб
Кўрқмагил ки айлагай ёнган юракни реш айб.
Дайр қонуни эшитмоқ субҳу шому кеч айб,
Гар ватан дайр ичра қилди, кимсаға йўқ ҳеч айб,
Дайр пиридин Навоий бу таманно қилдило.
МЕНЯ ПЛЕНИЛИ
(Мухаммас на газель Алишера Навои)
Илёс Маллаев / Перевод Баси Малаевой
Лишь только голос моей милой мне крылья ветра доносили,
Они тотчас же предо мной твой образ нежный проносили
И остриём кинжала вновь, мне сердце, душу, плоть пронзили –
Меня, как многих, взор пленил, в себе храню его поныне…
Маджнуна разума лишив, всех прочих в бегство обратили.
Уста-карал, лицо-цветок, и жемчугу подобны зубы…
В саду любви цветок расцвёл, нежней бутона её губы.
Никто понять не мог тогда, откуда в ней так много злобы.
Уменье мучить жертв своих – то, видимо, ей дар природы.
И чувства вспыхнули во мне – мой дух они спалили.
Секрет в себе я затаил – он сам собой раскрылся:
Такой крик боли из груди, что голоса лишился.
В мечети собранный народ поступком возмутился:
Священный ритуал, сорвав, в отчаянья я бился.
Поступок мой, как и любовь, – позором заклеймили.
Решился твёрдо – тайн своих не буду раскрывать я впредь,
Не выдам то, что на душе, вплоть до последних в жизни лет.
Но мой обет нарушен той, что излучает жизни свет:
Он стоном вышел из души – прекрасней розы в мире нет.
Не спрятать мне любовь мою, меня разоблачили.
О, свежесть нежного лица, подобно роднику из гор!
От жажды гибну, помоги, вскинь на меня свой дивный взор.
Собрался люд, видать, не зря, чтобы взглянуть на мой позор:
Воды просил – бокал вина в усмешку дали иль в укор.
Я крикнул: “Кто?” Молчали все и мимо проходили…
Раскрыта тайна – как мне быть? Душа болит, страдает.
Никто не протянул руки – вино одно спасает.
Презренья взгляд из-под ресниц с землёй меня равняет,
Твой раб отныне лишь в вине и в чувствах утопает –
Любовью пьян или вином, или её глазами?
Ты жемчуг выкрала из сердца, украсив ожерельем грудь,
И блеском тем, как и Маджнуну, в пустыню указала путь.
Я изнемог, ведь локон милой лишил меня сознанья вдруг,
Прощался было с белым светом – но он же вытянул как крюк.
Не низко ль на базаре чувств мне сердце оценили?
Одежда дервиша на мне, и счёту нет моим обидам.
Вином разбавлена мне кровь, но тайну впредь навряд ли выдам.
Бокал, наполненный вином, внесла любовь с надменным видом –
До дна я выпил чашу ту, наперекор своим молитвам.
Вино лохмотьям цвет дало, меня же с ног свалило.
Что ж, если кара ждёт Ильяса за то, что так любить он мог,
Сильнее всех такая кара, когда сочится с сердца кровь.
Законы Дайра нарушая, о ней я думал вновь и вновь,
Меня любить учило сердце, основой став мне всех основ.
И Навои любил, страдал – видать не оценили.
Декабрь, 2008 год. Вена.
Ответ Алишеру Навои
Эй Устод Навоий, бир сўз дедингиз:
«Азизим, дуньёга бевақт келибмиз»,
Вале, Сиз келдингиз ўз вақтингизда,
Аслида дуньёга бевақт келган, биз.
Илёс Маллаев
Сказали как-то Вы, учитель Навои: “…Мы в этот мир не вовремя пришли”. Нет, Вы как раз, родились в своё время, То мы … не в наше время были рождены. Наш дядя – Натан Мурадович Маллаев был одним из исследователей творчества Алишера Навои и часто читал в кругу семьи стихи классиков восточной поэзии.
Будучи семилетним мальчишкой, Ильяс заметил на базаре книгу в красочном переплёте. У него не было денег, но желание приобрести книгу было настолько велико, что он предложил лавочнику уже надкусанный им пончик, который наша мама обычно давала ему, отправляя сына в школу.
– Но для такой книги одного пончика будет слишком мало, малыш, – улыбнувшись, сказал старик-лавочник. Надо сказать, что это были суровые и голодные военные годы. Каково же было изумление лавочника, когда через несколько дней, маленькие ручонки протянули ему маленький кулёчек.
– Вот, дядя, … там их целых семь штук…
У лавочника навернулись слёзы.
– Небось, не кушал целую неделю, а? Признавайся!
Догадки лавочника смутили кудрявого мальчугана, и он виновато опустил голову.
– Чей ты сын?
– Эфраима Малаева, – волнуясь, что ему теперь влетит от папы, ответил мальчик.
– Не Эфраима ли Малла, что работает парикмахером на базаре?
Ильяс молча кивнул головой. Прищурив глаза, лавочник ещё долго смотрел на мальчика. Базар в Каттакургане был красочным и шумным зрелищем – местом, где в суровые, военные годы люди часто обменивались товарами, ну, а бодрые и призывные восклицания продавцов вовсе не давали возможности никому пройти мимо. Тут было всё! От запахов, которые сводили с ума, до шумных споров покупателей и продавцов.
Ильяс, казалось, уже ничего не слышал…
– На, возьми! – прозвучали слова, словно в вакууме. Протерев бережно книгу рукавом своего чапана, старик протянул её босоногому, зеленоглазому юнцу.
– Я уверен, что отдаю книгу в правильные руки. Беги домой, порадуй своих родителей!
Обхватив долгожданную книгу своими ручонками, Ильяс летел, словно на крыльях, чтобы в тиши, спрятавшись от всех, погрузиться в тот волшебный мир, которым бредил с детства…
Это был один из сборников стихов великого мастера Алишера Навои.
Бася МАЛАЕВА
ОЛУР ЖОНИМ
/Мавлоно Низомиддин Алишер Навоий ғазалларига мухаммас/
Юрак бағримда меҳри ул маҳи соҳибжамол ўлмиш,
Билурмен ким эшитмоқ шарҳи дил анға малол ўлмиш,
Жавобим шул эрур гар манға ҳар ёндин савол ўлмиш,
Олур жонимни ишқу, менга дам урмоқ маҳол ўлмиш,
Биравдек ким тили онинг ўлар ҳолатда лол ўлмиш.
Юзун олдида орзу истаги шамсу қамар қилмам,
Мақомим гўшаи ғурбат бўлуб, бул гўшадан жилмам,
Ажаб тасвир кўрунғай кўзга ки не ёнға қайрилмам,
Эрур ҳар сори кескон наъл, ё рахшинг изи, билмам,
Таним туфроғи ё жавлонгаҳингда поймол ўлмиш.
Тушуб булбулсифат домиға, ки бул хаста жонедур,
Бўлуб маҳрум чамандин, бул қафас анға маконедур,
Не суд урмоқ яна кўксумға бу тиру камонедур,
Ичиб қонимни ул кўз ким қизормиш, нотавонедур,
Ки ҳам беморлиқда май чекиб, рухсори ол ўлмиш.
Тушум ичра намоён этдилар, қалблар бирлашти,
Хаёлим хотиринг бирла муҳаббатдин фикрлашди,
Эрур ўнгимдин аъло, бул сафобахш уйқунинг гашти,
Таним то риштаи зулфунг хаёли бирла чирмашди,
Биайниҳ риштаи зулфунға чирмашган хаёл ўлмиш.
Сўзинг озоридин қалб риштасин озоркаш этдим,
Юсуфдек гул юзимни ноладин ранги ҳабаш этдим,
Кўзинг ҳажрида андўҳу аламни ўзга бахш этдим,
Қошинг ҳажрида тишлар бирла ким жисмимни нақш этдим,
Наззора айлаким, ҳар пайкари мушкин ҳилол ўлмиш.
Не хушдурким агар ошиқ фано дайрида сокиндур,
Агар сокин эмас эрса, уруб жоми майин синдур,
Жаҳон жомсиз мисоли гумбази зиндони ғамгиндур,
Фано кўйига кирким, жаъм била жоми жаҳонбиндур,
Гадоким, жон анға бу дайр аро синган сафол ўлмиш.
Агар уйқуда бўлсанг, сен учун ҳар гўша хомўшдур,
Вале бедор ўлан ҳар кимсаға дунёи баржўшдур,
Не тонг отғай, не кун ботғай анға ки масту мадҳушдур,
Сен уйқу ичра сен, хуршеди авжи давлатинг тушдур,
Ҳам ушбу тушда ул хуршедға доим завол ўлмиш.
Олиб Илёсни жонин, телбалар жониға пайванд эт,
Қилиб оввораи дашти Хўтан, бул жонни парканд эт,
Кўзинг кўргач, ўзидин кетди, минг носеҳсифат панд эт,
Юзун кўргач Навоий кўнгли озди, зулфдин банд эт,
Ким, ул Мажнун баҳор фаслидин ошуфтаҳол ўлмиш.
Покиза виждонга ташаккур
Илёс МАЛЛАЕВ