Редакция газеты The Bukharian Times в рамках “Года Ицхака Мавашева” продолжает публиковать материалы, посвященные жизни выдающегося бухарскоеврейского философа, лингвиста, раввина, публициста, переводчика критика и редактора газеты “Хатхия” Исхака Нисимовича Мавашева (1905, Самарканд – 1978, Холон, Израиль).
В 2005 году, в издательстве “Liberty Publishing House”, вышла в свет книга “Ицхак Мавашев: Воспоминания современников”, посвященная столетию со дня его рождения (редактор Рафаэль Некталов), ставшая событием в литературной жизни бухарских евреев США, Израиля, Таджикистана и Узбекистана.
В сегодняшнем номере газеты мы публикуем воспоминания талантливого таджикского поэта Мумина Каноата (1932-2018) – младшего современника Ицхака Мавашева.
Об отношениях этих двух людей рассказывает сын Мавашева, Давид Мавашев. Он возглавляет фонд, который носит имя его отца.
Мумин Каноат – выдающийся таджикский поэт, классик таджикской литературы, известный лирикой о Родине, природе, войне (особенно поэмами “Голоса Сталинграда” и “Днепровские волны”), а также стихами о дружбе народов, переведенными на русский язык, в частности, Робертом Рождественским.
Его стихи, написанные в основном на таджикском языке, полны глубокой образности, любви к жизни и родному краю, а переводы позволяют русскоязычным читателям оценить его поэтический дар, как в патриотических, так и в философских произведениях. Мумин Каноат многие годы возглавлял Союз писателей, стал лауреатом государственных премий Таджикской ССР и СССР.
Впервые я познакомился с поэтом Каноатом в Душанбе, в 2003 году. Он был рад встрече с сыном своего учителя и сказал: “Мне очень горько сознавать, что такого образованного, эрудированного и искусного, с широким кругозором, охватывающим мир, сострадательного и заботливого человека больше нет с нами”.
Для младшего современника это не просто слова скорби – это признание утраты учителя и духовного ориентира.
Каноат подчёркивал то, что особенно важно для понимания влияния моего отца на его поколение. Доверие, возникшее естественно и без усилий, стало основой той роли, которую Ицхак Мавашев играл в литературной среде Таджикистана тех лет – наставника, собеседника, человека, рядом с которым молодые литераторы учились мыслить шире и глубже, познавая мир из уст мыслителя, кругозор которого простирался за пределы Среднего и Ближнего Востока.
С особой силой на Мумина Каноата, как и на многих его ровесников, повлияла энциклопедичность и внутренняя свобода моего отца. Он вспоминает, как Мавашев мог часами говорить об “Авесте”, о древней истории, о поэзии и музыке, естественно соединяя знания разных эпох и культур, и как молодые авторы чувствовали, что имеют дело с человеком, широко эрудированным, у которого можно и нужно учиться.
“Мавашев был до мозга костей интеллигентным и бескорыстным человеком”, – написал о моем отце поэт.
Мумин Каноат был не просто свидетелем эпохи, но и её осмысленным участником. Его поэзия рождалась из глубокого знания языка, истории и человеческой природы. Он принадлежал к тем редким людям, которые умели говорить с достоинством – без громких слов, но с внутренней силой. Именно поэтому его воспоминания о моём отце так убедительны: в них нет внешнего восхищения, есть уважение, возникающее между людьми одного культурного и нравственного масштаба.
Как младший современник, Каноат видел в моём отце не только учёного и переводчика, но и человека, формировавшего среду, рядом с которым окружающие учились слушать, понимать и мыслить шире. Его текст передаёт атмосферу доверия, интеллектуальной свободы и ответственности за культуру, которая объединяла людей того времени. Для меня, как для сына, это особенно ценно: в этих строках я узнаю не только общественный образ, но и того человека, которого помню в повседневной жизни.
Слова поэта Мумина Каноата звучат для меня, как продолжение живого диалога между поколениями, который переходит в диалог эпох и континентов. Они важны не только как память о конкретном человеке, но и как свидетельство того, каким образом формируется культурная преемственность – через личный пример, честное слово и внутреннюю меру.
Деятельность Фонда имени Ицхака Мавашева – Института по изучению наследия бухарских евреев в диаспоре для меня является попыткой сохранить именно такую память – ту, которая была зафиксирована Мумином Каноатом без пафоса, но с глубокой внутренней правдой.
Публикуя эти воспоминания, я выражаю признательность Мумину Каноату – поэту, младшему современнику и честному свидетелю эпохи, чьё слово продолжает влиять и сегодня.
Давид Мавашев / Президент Фонда имени Ицхака Мавашева