Интервью Рафаэля Некталова с израильским певцом Славой Хияевым
ШОГИРД И УСТОЗ
Слава Хияев – один из ярких и самобытных певцов в бухарскоеврейской общине Израиля, которого я знал давно, но раскрыл для себя по-новому, когда мы готовились организовать концерт Аврома Толмасова вместе с Иерусалимским симфоническим оркестром, а также провести мою лекцию, посвящённую особенностям исполнительского и композиторского стиля Аврома Толмасова. Она прошла в зале института Бен Цви 15 августа 2025 года.
С первых минут общения я почувствовал, что имею дело с деликатным, умным и тонким человеком, который сразу же схватывает тему разговора и стремится, если потребуется, помочь.
Не секрет, что Слава не просто партнер по сцене для Аврома Толмасова в течение 26 лет! Знаю непростой характер Аврома, высочайшую требовательность этого человека. Всю свою жизнь я изучаю его и восхищаюсь им, называя наставником нескольких поколений певцов и музыкантов Самарканда и Израиля. Поэтому могу с полным основанием сказать: этот дуэт является неким воплощением сотрудничества и классического сосуществования устоза и шогирда, наставника и ученика.
До встречи с Хияевым я находился у Аврома Толмасова и долго общался с ним, готовясь к лекции, посвященной его творчеству. Естественно, в разговоре часто упоминалось имя Славика. Скупой на похвалу, ироничный, слегка циничный, но в целом добрый сердцем человек, Авром говорил о нем с уважением и благодарностью.
Впрочем, случай с Авромом особый. Мастер формально не имел учеников и ни с кем не работал в классе, совершенствуя чей-то голос, технику исполнения, репертуар. Однако многие его называют Устозом, потому что учились по его пластинкам, записям, клипам, присутствуя на концертах, слушая на свадьбах, семейных торжествах, поминках. Большая часть из них – самаркандцы.
Однако со Славиком все вышло иначе.
С ЧЕГО НАЧИНАЕТСЯ МУЗЫКА
Слава Хияев:– Я родился в Бухаре, выходец из семьи медиков – папа врач-стоматолог, а мама медсестра, готовился тоже пойти по стопам своего отца,Хайки Данонсоза. Он обладал хорошими музыкальными способностями, пел, – начал Слава Хияев свой разговор со мной.
Рафаэль Некталов: – Мне известно, что ты репатриировался из Душанбе.
– Мне было четыре года, когда наша семья переехала из Бухары в Душанбе, в 1969 году. В нашем доме музыка занимала особое место. Родители имели прекрасную фонотеку, и самые последние записи, диски были у моего отца, страстного любителя музыки, обладавшего тоже хорошим голосом. В роду пел прекрасно и мой дедушка – Исоқи Арабакеш Гулькаров (он со временем поменял фамилию и стал Хияевым, но это отдельная история.–Р.Н.). Его мощный голос коэна раздавался под сводами бухарской синагоги, поражая всех своим диапазоном и силой звучания.
– Ты учился в музыкальной школе?
– Нет. Я просто любил музыку и не имею никакого музыкального образования. Самоучка. Во время пения стал подыгрывать себе на дойре. Тогда мы все учились по пластинкам, записям известных артистов, подбирали на слух. Но многиевокруг знали, что у меня хороший голос, так как я пел в кругу родственников, друзей.
– Как началась профессиональная деятельность?
– В 17 лет, в Душанбе, меня попросили заменить певца, который заболел. Так стал я петь популярные бухарские, таджикские, азербайджанские, армянские, русские шлягеры. Но я любил и Бухарский Шашмаком. И мне однажды посчастливилось спеть “Чапандози Наво”в присутствии самого Нерье Аминова
– Кто был твоим кумиром?
– Авром Толмасов!
– Уже тогда?
– Да! Сразу же после первой песни! Это было для меня, как откровение. Именно так я и сам мечтал петь! Авром служил в рядах Советской Армии, в Душанбе, но при этом, умудрялся играть на свадьбах, семейных торжествах. И весь город слушал его, затаив дыхание. Евреи, таджики, узбеки – все! Ведь Авром пел буквально всё! Бухарский Шашмаком, азербайджанские мугамы, популярные армянские, азербайджанские, русские, цыганские песни. Я никогда и не смел вообразить, что смогу петь рядом с ним! Все эти годы он был для меня недосягаемой звездой, общение с которой заставляло меня с новой силой любить музыку, сам процесс пения, чувствовать вибрацию его души. Я мог с ним (он в записи – а я у магнитофона) пропеть всё на одном дыхании, тонко улавливая все оттенки его пения. Авром Толмасов и есть само воплощение музыки.
– Но тогда ты сам ещё не собирался посвятить себя музыке? Заниматься профессионально ею.
– Нет, конечно! В те годы надо было подобрать себе ремесло, хунар, чтобы прокормить семью, готовиться к свадьбе, иметь свои деньги в кармане. Я пошел учиться в ПТУ на специальность мастера по ремонту холодильников и рефрижераторов. В 1987 году женился. Но потом, с 1988 по 1991 год стал работать ювелиром.
– В те годы стали приезжать наши соплеменники из Израиля и США, и все в один голос твердили, что, дескать, надо иметь такую профессию, очень востребованную в те годы.
– Нет, это не про меня. Я стал работать ювелиром, потому что меня тянуло к этой профессии, как к чему-то изящному, красивому, совершенному, то есть к искусству. Поэтому мне хотелось своими руками сделать ювелирные украшения. Так я приобрел новую профессию. В 1991 году мы репатриировались в Израиль, где я стал работать ювелиром, а вечерами подрабатывал на свадьбах
– Когда ты лично познакомился с Авромом Толмасовым?
– В 1996 году, в Израиле. Меня ему представил Гриша, сын Яхиэля Толмасова. Я спел “Насруллои”. Ему понравилось. Начали сотрудничать. Конечно, в нашем ансамбле лидером был Авром Толмасов. Я пел шлягеры, популярные песни. Но было большой честью, когда Авром-
ака предложил мне петь с ним в дуэте, что накладывало на меня особую ответственность. Надо было быть всегда в хорошей форме, стать своеобразным продолжением его голоса. И я всегда очень волнуюсь.
– Слава, в творческой среде бытует фраза: лучше быть под тенью таланта, чем под солнцем посредственности. Как ты относишься к этой фразе? Она как бы косвенно касается и тебя тоже. Ведь всё внимание уделяется лидирующему певцу.
– Нормально. Я с этим согласен. Эта фраза подчеркивает, что находиться рядом с выдающимся, талантливым художником, певцом, учиться у него и поддерживать его (даже оставаясь в тени) ценнее и продуктивнее, чем самому проявлять посредственность, имея широкие возможности, но не обладать истинным мастерством или талантом. Понимаете, Рафаэль-ака, быть учеником Мастера почетнее, чем быть пустым “солнцем”. Ведь это быть рядом с Авромом Толмасовым! Он – как Левича Хофиз нашего времени!
– Согласен. В чем выражается твое участие в творческой жизни Мастера?
– Во всем! Он старше меня, и я в первую очередь преисполнен большого уважения к его возрасту. Во-вторых,Авром Толмасов – БОЛЬШОЙ МАСТЕР! Мне доставляет огромное удовольствие просто петь в дуэте с человеком, который доверяет мне продолжение собственной интонации, своего дыхания. И я счастлив, когда мне это удается выполнить в полной мере. Есть еще ряд технических вопросов, которые Авром тоже доверяет исключительно мне. Наши отношения– это отношения старшего и младшего брата.
– Какой он человек, в твоем представлении?
– Авром-ака человек решительный, харизматичный, смелый, гордый. Но при этом может быть очень добрым и уступчивым, если это касается слабого или малообеспеченного человека.
Он с большим вниманием и уважением относится к певцам и музыкантам, которые гостят или приезжают на заработки в Израиль. Например, когда нашу страну посетил великий певец, народный артист Узбекистана Шерали Джураев, который, кстати, сам с большой любовью относился к творчеству и личности Аврома Толмасова, то был такой случай. Во время нашей работы в зал вошел Джураев. Ему предоставили возможность спеть несколько песен, и, естественно, Шерали-ака тоже “лепил” шекели и доллары. Все это он положил в нашу общую кассу и сел на свое почетное место.
Когда вечер закончился, Авром Толмасов, не пересчитывая весь собранный навар, направился к Шерали Джураеву и все деньги вручил ему. А там была серьезная сумма! И мы все были согласны с его решением, выразив свое восхищение этим поступком Мастера.
– Слава, ты работал в ансамбле и с другими певцами. Разница есть?
– Во-первых я был сам солистом своего ансамбля. Пел в ансамбле “Самарканд”, в котором участвовали все музыканты Аврома Толмасова. Сотрудничал с Романом Бадалбаевым, Аликом Юсуповым, Дони Бабаевым, Рошелем Джураевым, братьями Илюшей и Рафаэлем Бараевыми, Юрием Коэновым и другими певцами и музыкантами Израиля. Но Авром Толмасов – это нечто кардинально иное. То есть тут не уместен вопрос: кто лучше, кто хуже, хороший, не очень и
т.д. Авром – это Авром!
– То есть речь идет о другом стандарте и качестве музыканта, певца и человека! Уникального певца, музыканта, хранителя и реформатора музыкальной традиции бухарских евреев.
– Да, именно так. Мне всегда интересно наблюдать за его творческими решениями, видеть и быть свидетелем, как он меняет какие-то установки, которые были приняты ранее, а потом в другой интерпретации выступает на концерте или на свадьбе, словно и не было репетиций. Но этот вариант оказывается лучшим!
– Чему ты лично научился у Аврома?
– Правильному движению голоса, динамике, точной, смысловой дикции, когда надо подчеркнуть какое-то слово в тексте песни. Он с уважением относится к поэзии, чувствует ее сердцем и умеет передать слушателям.
– Слава, мне приятно твое ощущение сопричастности к творчеству Аврома Толмасова. В этой связи хочу поблагодарить тебя за активное участие в организации и подготовке моей лекции об Авроме Толмасове в Яд Ицхак Бен-Цви* в августе прошлого года.
– И вам спасибо, Рафаэль-
ака, за такой анализ его жизни, деятельности и творчества. Я впервые присутствовал на такого рода лекции, достойной Аврома Толмасова. Мы все, музыканты его ансамбля, узнали своего кумира с новой стороны, путешествуя с вами из прошлого в настоящее.
– Спасибо.
– Концерт с симфоническим оркестром Иерусалимской филармонии был задуман вами вместе с Беньямином Юсуповым несколько иначе, но, к сожалению, не было возможности принять участие в репетициях с оркестром в Иерусалиме,так как у Аврома-ака были очень загруженные дни. И тем не менее, само выступление Аврома Толмасова в этом мероприятии стало знаковым.
— Слава Богу, что это состоялось. Большое спасибо Леви Леваеву, Жанне Коэн, Беньямину Юсупову за поддержку того проекта, который мы с тобой смогли осуществить в Иерусалиме.
– Пожалуйста, вы тоже в этом ряду, активно готовили программу, были среди нас.
– Понимаешь, феномен Аврома Толмасова еще не изучен полностью. Он – единственный в нашей общине певец, музыкант, композитор, который, прожив в СССР до 1989 года, в свои 33 года ничем другим, кроме музыки, не занимался. Он не работал на советское государство, пел исключительно то, что хотел, формировал собственный репертуар в соответствии со своими эстетическими и духовными запросами и воззрениями. И главное, пользовался и пользуется огромной народной любовью. Он и есть наш народный артист Израиля и всей диаспоры
– Согласен.
– Я что-то увлекся своими оценочными суждениями. Слава, сколько лет вы с Авромом на сцене?
– 26 лет!
– Это четверть века!
– Да, время, которое наполнило меня новыми музыкальными впечатлениями, пониманием сути музыкальной практики бухарских евреев в Израиле и за пределами страны. Мы выступали с Авромом Толмасовым в Узбекистане, Австрии, США. Все ждут с нетерпением встречи с человеком, всю свою жизнь посвятившего музыке. В Самарканде за ним следовали толпы поклонников.
– Недавно, находясь в Душанбе, я выступал в эфире таджикского радио, куда меня пригласили, чтобы я поделился своим мнением о музыкальной жизни иммигрантов из Таджикистана в Америке. Затем открыли прямой эфир для вопросов. И какой был первый вопрос?
– Какой?
– Когда приедет Авром Толмасов в Душанбе? Передайте ему, что его помнят, слушают, любят в Таджикистане, с нетерпением ожидают его гастролей! У меня был ком в горле. Ведь он не был в Таджикистане почти 40 лет! Находясь в Самарканде, Бухаре, Худжанде, Шахрисабзе, Пенджикенте, я постоянно слушаю в машинах таксистов песни в исполнении Аврома Толмасова или Рушеля Рубинова.
– У Аврома Толмасова сотни тысяч подписчиков на каналах YouTube, Telegram. И с каждым годом их становится все больше и больше. В Израиле вся бухарскоеврейская молодежь, которая стремится подчеркнуть свою музыкальную идентичность, исполняет песни из репертуара Аврома Толмасова.
– Да, я присутствовал на таком вечере в Луде, и все молодые певцы исполняли песни из его репертуара. Слава, этот год для Аврома Толмасова – юбилейный! Что ты хотел бы пожелать своему Устозу?
– Здоровья и творческого долголетия!
– Спасибо. Твой Устоз, уверен, гордится тобой!
*»Яд Ицхак Бен-Цви» – это исследовательский институт, учрежденный специальным законом Кнессета, израильского парламента, для продолжения сионистской, образовательной и культурной деятельности президента Ицхака Бен-Цви. Институт был основан в 1947 году, в Иерусалиме, для изучения истории и культуры исламского общества, стран Ближнего Востока и Азии. Здесь проводятся научные исследования путем рассмотрения документов, рукописных и печатных материалов, а затем, на основе полученной информации, издаются монографии и тексты.
В библиотеке хранятся богатые коллекции рукописей, редких книг и фотографий. Издательство при институте ежегодно публикует десятки журналов и книг. «Яд Ицхак Бен-Цви» предлагает большое количество курсов, семинаров, лекций и экскурсий по Иерусалиму.
